Война в век Разума

Честно признаюсь, что несмотря на всю красоту мундиров, войны XVIII века кажутся мне даже более жуткими, чем войны XX века. Стоять в «тонкой красной линии» с мушкетом, всё-таки, совсем не то же, что быть внутри плотного пехотного квадрата XVI-XVII века, который растопырил во все стороны пики для защиты стрелков. Тем более, что даже кирасы и шлемы из дрянного железа дают чуть больше уверенности, чем простое сукно. А напротив, всего шагах в тридцати, — такая же линия пехотинцев, и кажется, что каждый целится именно в тебя. То, что по статистике мушкет даёт осечку в 15% случаев, мало утешает в такие моменты, правда? Добавьте на картину едкий густой дым, обильно падающих рядом товарищей, летящую на вас кровь и куски мяса из тех мест, где ядра прорубают просеки в ваших рядах, а ещё подумайте о перспективе проверить практикой ту теорию, что штыка достаточно для отражения атаки кавалерии — готовы встретить вон тех блистающих кирасиров на гигантских скакунах? Но от вас не требуется инициативы, героизма и хитрых маневров. Вся ваша роль тут сводится только к заученному благодаря долгой муштре набору действий: бесконечному циклу заряжания и стрельбы. Если сконцентрироваться только на этом, то смерть будет в полном соответствии с пожеланием Цезаря — внезапной.

От пехотинца ждали умения в начале боя делать выстрел каждые двенадцать секунд. Даже учитывая клееные патроны и то, что кремнёвые ружья были удобнее фитильных, 12 секунд выглядят очень круто. Вряд ли в бою много кто выдерживал такой темп дольше нескольких залпов, кроме разве что пруссаков с их потрясающим количеством истраченных пуль на каждого убитого вражеского солдата (шутили, что они тратят столько же фунтов свинца, сколько весит убитый). Всё таки, адреналин, паника, страх, раны и усталость влияют на солдата не меньше, чем износ ствола. Потом скорость неизбежно падала по мере того, как ствол забивался нагаром от предыдущих выстрелов, где-то до 45 секунд на перезарядку. Даже чувство локтя терялось в пороховом дыму, а команды офицеров были не слышны. По сути, пехотинец тогда оказывался в одиночестве, и о залпах речи не шло, все стреляли по мере сил. Пехотинец должен был думать о том, кто выигрывает, что делать и куда бежать. Зарядить, выстрелить. Зарядить, выстрелить. Зарядить, выстрелить. Без особого прицеливания, просто в дым напротив. Зарядить, выстрелить.

Когда-то про эти битвы хорошо написал мой друг (http://tanrah.livejournal.com/), которому я и предоставлю слово:

«Представьте, что это такое… вы идете строем, в трёхшереножном батальонном строю, у каждого в руках мушкет с примкнутым штыком и прочая выкладка….Где-то в паре сотен метров вас ждет точно такой же строй с мушкетами. Если вы офицер или сержант, вы — просто счастливец — вы идете впереди строя со шпагой или эспонтоном (или алебардой). И внимание!! Это не 16-й, не 17-й век, это уже вполне новые времена, кираса-кольчуга — остались в «диком средневековье» — вашу грудь защищают лишь суконный жюсткор (кафтан), жилет, рубашка с галстуком, на голове вместо шлема — только напудренный парик и шляпа. И да — при этом надо еще выглядеть красиво!

Вы должны сблизиться со строем точно таких же как вы на 100 — 70 метров, и в этот момент по вам жахнет первая шеренга противника (а то и все три) — десятки, сотни ружей сразу. Затем — если выживете — то же сделаете вы. Возможно, вы даже будете видеть глаза тех, кто в вас стреляет. При всем этом вы должны сохранять строй, не имеете возможности залечь, вам очень страшно и только унылые звуки военной флейты, барабанная дробь и команды сержантов, а также страшная муштра заставляют ощущать всех себя одним слаженным механизмом, подавляющим страх.

Далее бой будет идти на 70-50-30 метрах, при этом пусть даже чисто огневой — без штыковой атаки — правда, страшно?

Насчет штыка — можно и им, дело вовсе не в трусости, хотя штыковой бой — вещь очень страшная и даже в эпоху «народных армий» при Наполеоне с высоким моральным духом до этого дело доходило нечасто — обычно одна стороны отходила. Начать штыковую атаку — значит порушить строй, управляемость… И далеко не всегда «пуля дура, штык молодец» — при Росбахе французы пытались для атаки перестроиться в колонны, предложенные генералом Фолларом — и ничего! Беглый огонь пруссаков свел атаку на нет, а вести нормальный огневой бой колонна не могла.

К чему я это — а к тому, что называть этих людей и те армии сбродом — по меньшей мере лицемерно. И тактические и, пожалуй, моральные качества от этих людей требовались немалые. Потому всякие язвительные подколы кабинетных историков про наемное войска порой ничем не оправдываются. К сожалению, в 18 веке социальных опросов еще практически не было, мы часто плохо знаем происхождение людей, стоявших под знаменами королей и курфюрстов, но определенного уважения они заслуживают.»

Немного фактов. Мушкетёры в XVII в. обычно вели перестрелку на дистанции около сотни метров. В XVIII веке стали сходиться ближе, и не редки были случаи, когда первый залп давали менее чем с 50 метров: заряженные в спокойной обстановке пули были самыми смертоносными и потому ценными. Это, впрочем, не означает, что не было егерей, которые стреляли издалека, особенно если имели нарезное оружие, да и простых пехотинцев некоторые полководцы заставляли наступать с постоянной стрельбой, даже хотя она метрах на 200 поражала врага больше психологически, чем реально. Настоящие, серьёзные перестрелки на 30-50 метрах длились не более 15 минут, после чего обычно одна сторона решала, что с неё хватит, и отступала с разной степенью организованности.

В битве при Бленхайме (1704) пять британских батальонов атаковали укреплённые позиции французов. 4000 французских стрелков открыли огонь только когда британцы подошли на 30 ярдов, и их общий залп сразу уничтожил треть атакующих, 800 человек. При Фонтенуа (1745) пять британских батальонов (2500 человек изначально минус потери от французской артиллерии) дали залп с 30 ярдов по атакующим пяти французским батальонам, уложив сразу 600 человек. В битве при Миндене (1759) французы и британцы вели огонь со 100-150 ярдов, и из каждого залпа только менее 2% пуль попадали в цель.

Реклама

8 комментариев

Filed under 18th century, Warfare

8 responses to “Война в век Разума

  1. Я-то (благодаря худлиту и кино) думал, что все решал штыковой удар

  2. Да, я тоже иногда себе представлял линейного пехотинца тех лет-аж мурашки. Но интересно про штыковые. Это ведь действительно была редкость, тем более обоюдный-у людей нервы не выдерживали. Всего каких-то 50-70 лет до того не только роделерос или мушкетеры, а вообще любой солдат без проблем работал холодным оружием. А ведь резня шпагами/кинжалами и т.п., с врубанием в чужой строй, подлезанием под пики и т.п.-куда более страшный, динамичный и стрессовый вид боя, чем штыковой в линии. И ничего, это была для них штатная ситуация. И вдруг в 18в. все пропало, и скотты уже считались какими-то супермонстрами только потому, что еще могли изобразить highland charge. Видимо, привычка к рукопашной с холодняком пропадает очень быстро без практики, и никакие другие умения солдата не дают психологической устойчивости к этому.

    • Может прежде сказывались отголоски прошлого, когда солдат мог понадеятся на крепость шлема, наруча и прочего. Здесь только сукно, в таких условиях сходиться в рукопашку как то совсем грустно. Да и потом, развития огнестрельного оружие и соответсвующая тактика, сделала рывки к рукопашным делом крайне непростым . Навыки и психологическа устойчивость хуже не стали. В такой мясорубке, выживают не мастера фехтования и когда дело таки доходило до штыков и зубов, вполне хватало тех навыков которые были.
      Еще, кстати, интресная тема, отряды смертников при штурмах крепостей, полный швах, даже с точки зрения тамошних людей, шансы на выживания минимальны.

    • Дело не в моменте столкновения, а в том, что в 18 веке до рукопашной добежать надо было сквозь намного более серьёзный огонь как ручного оружия, так и артиллерии. Ну и да, атакующие отряды в 16-17 веке брали из числа одоспешенных корселетов, а не «голых пик».

    • Антон

      По моему, ответ прост. Средневековым воинам не нужно было постоянно боятся выстрелов. Они могли относительно спокойно сблизится с противником, потупить немного, пободаться и если опрокинуть врага не получается, также относительно спокойно отойти. Тогда как воины 18 века должны были решительно сталкиватся с врагом, по принципу «либо ты, либо тебя», так как противник напротив не только колет, но ещё и выстрелить может.

  3. Павел

    А можно узнать, откуда нормативы по выстрелам? Ни в коем случае не подвергаю сомнению ваши слова. Но всё-таки двенадцать секунд, в перезарядку за такой срок я ещё могу поверить, но ведь мушкет ещё надо вскинуть, прицелиться… куда-нибудь.

    • См. книгу David Blackmore. Destructive and Formidable: British Infantry Firepower 1642-1765. Frontline Books (October 19, 2014), это скорее максимальный теоретически кратковременный предел, с опусканием ряда обычных операций (напр., без шомпола с пулей меньшего диаметра), и без прицеливания. Реконструкторы говорят, получается, но лишь на минуту и с трудом.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s