Галеры и испанская тирания

Филиппу II, королю Испанскому, Португальскому и Неаполитанскому, а также владыке многочисленных графств и герцогств, очень хотелось иметь на Средиземном море приличный флот. Под приличным флотом он понимал галеры современного дизайна, на совесть сделанные и, главное, многочисленные. Планы по созданию такого флота король имел громадные, педантичная выработка стратегии была ему приятнее придворных фавориток, да и во всём необходимом для осуществления государственных проектов он тоже разбирался побольше многих прочих монархов. Тема флота Филиппу была давно близка: ещё будучи королём-консортом Англии благодаря свадьбе с Марией Тюдор, он с жаром заявлял, что главная защита Англии — это её флот, и если будет крутой флот, то никто Альбиону не страшен. Войдя в роль английского короля, он в сентябре 1555 года даже инициировал программу строительства нового поколения отличных кораблей, которые потом служили долго, некоторые больше века. Большинство кораблей, которые победили Непобедимую Армаду, возникли именно в ходе реализации этой программы, в необходимости которой он яростно убеждал Тайный Совет Англии. Жаль, сделанный в рамках этой программы огромный корабль «Philip» англичане после воцарения Елизаветы переименовали в Elizabeth Jonas, подлизы.

Проблема Филиппа на ответственном посту короля Испании состояла в том, что обожающему контролировать каждый чих правителю подданные достались самые неподходящие. Ему бы немцев, знающих толк в орднунге, а под рукой были только всякие кастильцы, каталонцы, галисийцы и прочие баски, иными словами первые в Европе плуты, лентяи и жулики. В итоге блестящие намерения Филиппа обычно воплощались в жизнь со скрипом и треском.

Посмотрим, например, на барселонский Арсенал (ataranza), главное место строительства испанских галер. Даже после решения проблем со снабжением судостроительства необходимыми материалами со всех концов света (это отдельная песня, грустная и длинная), оставался человеческий фактор. Собственные корабелы годились только на работы низкой и средней квалификации, а для руководства строительством надо было выписывать генуэзцев. Редкие талантливые мастера на почве соперничества устраивали ссоры с мордобоем и периодически кричали «Злые вы, уйду я от вас!». С пролетариатом тоже было тяжко: поскольку перекличку устраивали раз в неделю, рабочие лишь в эти дни и являлись, в итоге казна платила месячные зарплаты, взамен получая всего по четыре трудодня. К тому же за эти четыре дня рабочие успевали наворовать из складов чуть ли не столько же полезных вещей, сколько на самом деле уходило на строительство галер. Местные чиновники, в свою очередь, обладали умением стойко выносить град гневных писем сверху, так что почти ничего не делали для повышения эффективности работы, да и сами были не прочь поживиться за счёт государства. Даже солдаты из охраны складов, которые как раз должны были защищать достояние королевства от расхищения, отличились тем, что в холодные ночи пустили на костры… ничто иное, как правдами и неправдами добытые за тридевять земель ценные породы корабельного дерева!

Другого короля такие подданные уже давно свели бы в психушку, биться головой о стены, обитые войлоком, с криками «Ну почему?! Почему они не могли жечь что-нибудь подешевле, из родных лесов?!». Но Филипп был слеплен из другого теста (а может просто зашёл за грань безумия так далеко, что оно стало напоминать здравый рассудок) и попыток своих не бросал. Мало помалу недостатки исправлялись, и к концу правления ситуация если и продолжала местами оставаться удручающей, зато перестала быть анекдотической.

Денег на галеры уходило — мама дорогая! Это вам не сухопутная армия, которую собрать нет проблем, главное объявления дать, а прокормится она, если что, с земли противника. А денег Филиппу никогда не хватало (планы-то громадные). Чтобы скостить себестоимость, советники шептали, что хорошо бы к этому делу рабский труд приспособить, например пленных турок — рубить, пилить, гвозди с парусами делать, а то и старую обшивку менять, где особого умения гастарбайтерам не надо. Вон, Вашество, посмотрите, как ловко в Неаполе с этим пленные мавры управляются. Благо, собственные рабы-мусульмане в Испании имелись в избытке, особенно после подавления восстания морисков в Гранаде и после победы при Лепанто. Вот только Барселоне их не доставалось, все шли гребцами на галеры, в ртутные рудники и прочие весёлые места. Только в 1560-ых гг. решили, что осуждённым на галеры преступникам полагается начать отбывание срока с постройки своих будущих кораблей.

В итоге, чиновники проявляли желание оптимизировать расходы путём насильного привлечения на работы испанцев «по справедливым расценкам». Король приказал собрать 200 самых лучших плотников и 100 конопатчиков в ряде селений, используя убеждение, а не силу — необходимо было действовать «хорошо подобранными словами, чтобы они захотели идти в Барселону по своей воле». Были, впрочем, и случаи, когда он приказывал ввиду неотложности плотников, кузнецов, канатчиков и прочих специалистов просто брать и высылать в Барселону, а там уже договариваться и щедро платить. В 1566 году вице-король Каталонии приказал вообще всем плотникам и конопатчикам с побережья собраться в Барселоне. Народ отказался, не желая оставлять семьи надолго, и тогда вице-король приказал применить силу. Он, правда, тоже не принуждал работать за бесплатно — когда Филипп так и не выслал требуемую сумму в 15 000 дукатов, вице-король заявил, что ему такое положение вещей не нравится. Мол, получается так, что людей обманули и заставили шесть недель работать, ничего не дав взамен, поэтому никак удержать плотников не выйдет: «Люди Барселоны имеют свободы, которыми и отличаются от тех, кто живёт в королевстве Толедо, где альгвасил может заставить плотников работать силой. Здесь Ваше Величество выступает в качестве частного лица, стороны договора. Они больше не хотят тут трудиться и вернулись по домам, чтобы зарабатывать на жизнь».

Про Толедо вице-король из каталонской гордости преувеличил, там тоже не всё было так просто, но факт есть факт: заставить работать за спасибо было нельзя, и в гробу видали патриотизм те, кому семьи кормить надо. Так что обиженные каталонцы неоднократно заявляли, что прекращают работать по причине задержек в выплате зарплаты, и даже препятствовали вырубке леса до полного расчёта с ними. Против нарушения договоров выступал и местный парламент (Cortes Каталонии), а с его мнением надо было считаться. Тут и там королевским чиновникам, казалось бы наделённым огромной властью, приходилось использовать собственные средства, а когда они кончались, людей отпускали, и ничего с этим нельзя было поделать при всём желании. Такой уж порядок в стране.

 В общем, не повезло Филиппу. Тяжело было быть абсолютным монархом в Европе. Того не делай, этого нельзя, на это прерогативы нет, а тут представительные органы возмутятся, не говоря про трепетную любовь к старинным привилегиям… Сложная штука абсолютная монархия, вся из сдержек и противовесов, более серьёзных, чем в любой демократии. Но галеры в конце-концов всё же были построены.

Ещё по теме: Венецианский Арсенал и вино.

Реклама

5 комментариев

Filed under 16th century, Spain, Statecraft, War at Sea

5 responses to “Галеры и испанская тирания

  1. Уведомление: Вино венецианского Арсенала | Averrones

  2. Faber_scriptor

    Но галеры, в конце концов построили) А как обстояли дела с частными судоверфями? Или таких не было?

  3. Даааа, бедный Филипп!

  4. Уведомление: Сделка с правосудием по-испански | Averrones

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s